Кошмар наяву

Эти люди совершили убийства во сне. Они ничего не помнят, но вынуждены за это отвечать

Присяжным в американском городе Уэст-Палм-Бич пришлось рассматривать необычное дело. Убийца утверждал, что совершил преступление во сне и ничего не помнит о произошедшем. Стоит ли ему верить? Или он обманывает, чтобы избежать наказания? «Лента.ру» изучила историю убийц-сомнамбул и выяснила, чем закончился тот процесс.

Субботним утром в службу 911 американского штата Флорида позвонил взволнованный молодой человек и сообщил, что произошло убийство.
«Просто пришлите полицию, — попросил он диспетчера. — Это был я».

Когда приехали помощники шерифа, их встретил сам звонивший — 24-летний Рэнди Херман. Он был с ног до головы перепачкан кровью. В доме сотрудники полиции нашли тело его соседки — 21-летней Брук Престон. Убийца более 20 раз ударил ее ножом.

Рэнди не мог объяснить, почему это сделал. Он, Брук и ее сестра Джордан, которая была в отъезде, познакомились более пяти лет назад, когда жили в Пенсильвании. За шесть месяцев до происшествия они перебрались во Флориду и вместе сняли трехкомнатный дом. У них были прекрасные отношения — никаких оснований для убийства.

В тот день Брук уезжала в Нью-Йорк и разбудила Рэнди, чтобы попрощаться и забрать вещи, которые он просил передать знакомому. Молодой человек утверждает, что напоследок они обнялись, после чего девушка ушла, а он вернулся ко сну. «Потом вдруг стою над ней весь в крови, в руке — нож», — говорит Рэнди. Он не помнил, что произошло, но понимал, что виноват может быть только он — больше некому.

Отсутствие мотива озадачивало не только его, но и следователей. Все начало вставать на свои места, когда его мать вспомнила, что Рэнди с детства страдал сомнамбулизмом. Это означало, что убийство могло быть совершено во сне.


Хулиганы, бандиты и страусы

Обычно сомнамбулизм возникает, когда человек не полностью пробудился от глубокой фазы сна. В таком состоянии он может совершать различные действия, и порой довольно сложные, даже не понимая, что делает. Проснувшись, сомнамбула ничего не помнит.

Споры о том, как наказывать за преступления, которые совершены во сне, не утихают со Средних веков. Один из первых законов о сомнамбулах в Западной Европе был принят в 1312 году. На Вьеннском соборе католической церкви постановили, что детей, безумцев или спящих нельзя призвать к ответу, даже если те кого-то убьют или ранят. После этого кардиналы и епископы перешли к решению более насущных вопросов того времени: как защитить Гроб Господень и кому достанутся богатства распущенного ордена тамплиеров.

Спустя 200 лет испанский канонист Диего де Коваррубиас-и-Лейва доказывал, что убийство во сне не только не преступление, но даже не грех, если только убийца не замыслил его, когда бодрствовал. В XVII веке схожих представлений о справедливости придерживался голландский законник Антоний Маттеус. Он полагал, что за убийства следует наказывать лишь тех сомнамбул, которые и наяву питали к своим жертвам недобрые чувства.

В царской России преступления, совершенные спящим человеком, приравнивались к деяниям психически больных. Согласно уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года, не вменялись в вину преступления и проступки «лунатиков (сонноходцев), которые в припадках своего нервного расстройства действуют без надлежащего разумения».


Брайан Томас с женой

На практике наказание в изрядной степени зависит от мастерства адвокатов. В 1943 году в американском штате Кентукки полностью оправдали 16-летнюю дочь местного политика Джо Энн Кайгер, которая неожиданно расстреляла родных. Погибли ее отец и шестилетний брат, мать была ранена. На суде выяснилось, что девушка действовала во сне: ей казалось, что она защищает семью от бандитов, которые напали на дом. Защитники Джо Энн представили убедительные доказательства, что она страдала от ночных кошмаров и сомнамбулизма. После года в психиатрической лечебнице девушка вышла на свободу.

Похожий случай в Испании закончился совершенно по-другому. В 2001 году 58-летнему жителю Малаги Антонио Ньето приснился кошмар о нападении стаи агрессивных страусов. Он отбивался от птиц, как мог, а когда очнулся, то обнаружил, что во сне убил жену и тещу. Мужчину приговорили к заключению в психиатрической больнице на срок 10 лет.

В 2008 году британец Брайан Томас убил жену во время ночевки в доме на колесах, на котором они путешествовали во время отпуска. Он также утверждал, что это произошло во сне. Мужчина думал, что дерется с напавшими на них хулиганами, в действительности душил супругу. Психиатры, осматривавшие Томаса, подтвердили, что он страдает сомнамбулизмом и, вероятнее всего, говорит правду. В итоге суд признал его невиновным и оставил на свободе.

Последнее дело Робера Ледру

Пожалуй, самое необычное убийство во сне расследовал парижский детектив Робер Ледру. Оно произошло в 1867 году, когда сыщик восстанавливал здоровье в Гавре после тяжелого дела, которое довело его до нервного срыва.

Мужчина, в котором опознали мелкого парижского коммерсанта Андре Моне, был застрелен в упор. Он приехал на море в отпуск, ночью пошел гулять по пляжу и перед гибелью разделся, чтобы искупаться — его одежда и вещи были аккуратно сложены на песке рядом с телом. Рядом сохранились следы неизвестного мужчины — по всей видимости, убийцы.

Местные жандармы зашли в тупик: они не могли взять в толк, кто мог убить приезжего. Моне был небогат, вел тихую жизнь и не имел врагов даже в родном Париже, а в Гавре — тем более. Версия о вооруженном ограблении отпала, когда выяснилось, что у него ничего не пропало.

Улики, которые оставил преступник, не добавляли ясности. Судя по следам, он был разутый, а на его ногах были носки, то есть узнать его по ботинкам было невозможно. Пуля тоже не могла служить приметой. Злоумышленник стрелял из «Парабеллума» — одного из самых распространенных пистолетов того времени.


Гавр в конце XIX века

Именно тогда к расследованию решили подключить Робера Ледру — звезду столичного сыска, который раскрывал и не такие загадки. Он пришел на место преступления, достал лупу и внимательно осмотрел следы. Судя по отпечатку ступни, у преступника недоставало пальца на правой ноге.

Это открытие произвело на Ледру неожиданный эффект: он побледнел и начал снимать собственные ботинки. На глазах пораженных гаврских жандармов он оставил след в песке, а затем тщательно сравнил отпечаток своей ноги с отпечатком ноги убийцы. После этого сыщик попросил пулю, которой был убит Моне, и, не говоря ни слова, вернулся в гостиницу.

Оказавшись в номере, Ледру достал свой пистолет — это был «Парабеллум». Он выстрелил в подушку, нашел пулю и под лупой сравнил бороздки на ней и на пуле с места преступления. Его опасения подтвердились.

Сыщик немедленно вернулся в Париж для отчета перед начальством. «Я нашел убийцу и доказательства его вины, но не могу определить мотив, — объявил Ледру и положил на стол пули и фотографии следов. — Это я убил Андре Моне». Все сходилось: след сыщика полностью совпадал со следом злоумышленника, а бороздки на пуле с пляжа в Гавре подтверждали, что выстрел был совершен из его пистолета.

Проблема заключалась в том, что Ледру не помнил ни пляжа, ни Моне, ни самого убийства. С его точки зрения, он проспал всю ночь в собственной кровати. Объяснить произошедшее можно было только сомнамбулизмом. Ледру, не пробуждаясь, сходил на пляж, застрелил несчастного коммерсанта, благополучно вернулся в номер и продолжил спать.

Суд оправдал Ледру, однако он считал себя опасным для общества и укрылся на уединенной ферме под Парижем. Остаток жизни он провел там под охраной и присмотром медсестер.

Сон или правда

Специалисты выработали список критериев, которые помогают определить, правда ли убийство совершено во сне или это лишь удобная отговорка, придуманная, чтобы избежать наказания. Почти все сомнамбулические преступления объединяет несколько характерных черт. Например, за редким исключением их совершают мужчины в возрасте от 27 до 48 лет. Как правило, у них, а часто и их родственников наблюдались случаи хождения во сне, ночные кошмары и энурез. Есть и другие признаки.

Впрочем, полной уверенности нет и быть не может. Психиатра тоже можно обмануть, особенно зная, что именно он рассчитывает увидеть. «Потенциально возможна ситуация, когда сомнамбула замыслит преступление и, поскольку ему известно, как воспроизвести интересующие меня детали, он может действительно совершить его, — признает психолог Крис Иджиковски, обследовавший британца Брайана Томаса после убийства жены. — В этом случае поймать его за руку будет непросто».

Стоит ли верить Рэнди Херману, когда он утверждает, что убил соседку во сне? Или это лишь удобный способ уйти от ответственности? Именно об этом спорили во время рассмотрения его дела в суде, которое началось в мае 2019 года.


Рэнди Херман

Адвокаты считали своим козырем показания матери подсудимого и судебного психиатра Чарльза Юинга. Они рассказали о проявлениях сомнамбулизма, которые наблюдались у Рэнди в детстве. В одном случае он во сне приехал на велосипеде в бар, где работала его мать, и, не просыпаясь, вернулся домой. После этого случая родители по ночам ставили перед дверью его комнаты тяжелый стул, чтобы мальчик снова не ушел во сне.

Юинг заявил, что произошедшее во Флориде удовлетворяет всем критериям убийства во сне. Рэнди страдал от сомнамбулизма в прошлом, он прекрасно ладил с погибшей девушкой, и при этом у него не было мотива для преступления и отсутствуют воспоминания о его совершении. «Я не вижу других объяснений», — заключил он.

Сторона обвинения настаивала на том, что молодой человек действовал вполне осознанно. Эту версию поддержала сестра убитой, утверждавшая, что за все время знакомства с Рэнди ни разу не видела, чтобы он ходил во сне. Психиатр Уэйд Майерс, выступивший перед судом как свидетель обвинения, предположил, что у убийства была сексуальная подоплека.

После трехчасового обсуждения присяжные признали Рэнди Хермана виновным в убийстве. Его приговорили к пожизненному заключению.

Олег Парамонов
источник



Источник ➝

Какой единственный советский фильм правдоподобно снят о Великой Отечественной.

Когда создатели кинокартин о войне хотят показать масштабные батальные сцены, они всегда сталкиваются с трудностями. Показывая Бородинскую битву или сражение под Полтавой, для создания достоверной картинки необходимо собрать на небольшом участке десятки тысяч человек обученной массовки, что невозможно. Но эту проблему удалось решить с появлением компьютерных технологий.

А вот когда речь идет о фильмах про Вторую Мировую войну, то сложности совсем иного плана. И заключаются они в том, что современные войны не позволяют уместить на одной картинке сразу всех участников боя, чтобы добиться зрелищности.

Особенно это касается сражений с участием танков. Современный бой ведется на больших дистанциях, интервалы между боевыми единицами становятся всё больше, и в кадр они никак не вмещаются. А кино требует зрелищности.

В результате и появляются сцены, где десятки танков медленно ползают по полю, чуть ли не соприкасаясь бортами, и ведут огонь по противнику с расстояния в десяток метров. Черепашья скорость бронетехники на таких съёмках понятна — велик риск столкновения. Апофеозом подобных сцен были советские киноленты «Битва за Москву» и «Сталинград», но и сегодня снимают что-то подобное.

И, тем не менее, советские кинематографисты умели показать и правдоподобные картины танковых боев. На первом месте кинолента «На войне как на войне». Фильм поставлен по одноименной повести Виктора Курочкина. И хотя сама кинокартина местами сильно отличается от книги, авторам удалось точно передать ощущения участника боя: ты в поле один, почти не видно ни своих, ни чужих, по твоей машине откуда-то стреляют, и сами танкисты стреляют куда-то, не видя цели.

Согласно тактике того времени танки располагались на исходной позиции с интервалами 70-75 м, а в бою должны были поддерживать интервал 20-25 м. Это указано в предвоенных наставлениях и трудах, например, можно посмотреть «Пособие для бойца-танкиста» 1941 года или книгу Т.П. Кузнецова «Тактика танковых войск» 1940 года.

Однако в ходе войны стало понятно, что для преодоления противотанковой обороны танки должны действовать группами и интервалы должны быть значительно больше. Когда возникала необходимость обеспечить огневое превосходство на направлении главного удара, интервалы между тяжелыми танками составляли 25-30 м, а между средними и легкими ещё больше. В условиях же сильной противотанковой обороны, интервалы между машинами могли увеличиваться до 100 м. Преодолевая минные поля, танки действовали группами по три-четыре машины, с увеличенными интервалами между группами.

Атаки велись не «кавалерийским наскоком», то есть на полном ходу по открытому полю, а используя рельеф местности, ведя огонь с коротких остановок, открывая огонь на предельных дистанциях порядка 800-1000 м. Всё это уже в ходе войны нашло отражение в документах и наставлениях. Можно посмотреть «Указания командующего войсками Брянского фронта по применения бронетанковых и механизированных войск» от 1943 года, брошюры Е. Матвеева «Боевые приемы танкистов» и подполковника Г. Клейн «Бой танков с танками», изданные в 1942 году, где суммируется опыт прошедших боев.

Танки второй линии в наступлении должны были двигаться на дистанции 100-150 м, а поддерживающие танки самоходные артиллерийские установки — на дистанции 200-400 м. В фильме (и книге) есть требование командира танковой бригады (в повести Курочкина — это полк) самоходчикам сопровождать танки на дистанции 100 м. И, как справедливо заметил командир батареи, такое требование действительно противоречит уставу. Танки так же всегда должны сопровождаться пехотой, от которой танкистам не следовало отрываться более чем на 200-400 м.

То есть в ситуации, что предложена нам по сюжету фильма, действие должно было разворачиваться так. Танки и, следовавшие за ними в сотне метров, самоходные установки, начинают атаку с исходных позиций в полутора-двух километрах от противника. Боевые машины двигаются на полной скорости, маневрируя, чтобы укрываться от огня противника за складками местности или группами деревьев. Самоходки периодически делают короткие остановки, чтобы огнем поддержать танкистов, после чего догоняют ушедшие танки. И если бы в гуще этого сражения оказался оператор с кинокамерой, то находясь на броне самоходки, он мог бы видеть лишь один-два танка впереди, и несколько машин в сотне метров справа и слева. Где-то позади можно было увидеть атакующую пехоту, а далеко впереди позиции противника. И все это в облаках пыли, поднимаемых танковыми гусеницами, и в клубах дыма от выстрелов и разрывов.

Именно такую картинку и показали нам создатели киноленты «На войне как на войне». Получилось не так грандиозно, как в других фильмах, но зато максимально правдиво и реалистично.

Кирилл Шишкин

 

 

Популярное в

))}
Loading...
наверх